Нажми, чтобы прочитать.

О Боже мой Правый, что за чудо я зрю?
Это жемчуг небесный? Так ему я внемлю.
Не лишай нас его, Тебя покорно молю.
За него свою кровь без сомнений пролью.

Человечество шествует не первые тысячи лет.
И повстречал по пути сотни, тысячи бед.
Погружалось во тьму, где благоденствия нет.
Но в конце неизбежно ожидал нас просвет.

Справа от нас всегда бывал божий свет.
Ставя на преступления и на зло свой запрет.
Призывая людей не совершать тяжкий грех.
Распространять лишь добро и любовь лишь не всех.

Влево нас манит люциферская песнь:
"Бога нет, черта нет, и хозяин ты здесь".
Подстрекая невежд, чрез свирель льёт им лесть,
В их сердцах размножая непомерную спесь.

Нам не раз ниспосылались наставления свыше.
Даровался в посланиях для спасения бисер.
Зачерствевшие от злобы смягчая сердца.
Сей благородное знамя взялись нести господа.

Обращаюсь к одному из подобных господ,
Вернее к одному из негодных особ,
Что в познании религий не взял дальше основ,
Рассуждать о великом ты был так не готов.

Не удосужился толком сей вопрос изучить,
В сердце веру слепую не решил закрепить.
И подвергнуть сомнению милость Бога готов,
Не освободив прежде разум от шайтаньих оков.

Приняла твоя вера сокрушительный треск.
Ты перестал замечать Его бисера блеск.
Потерял жемчуг ценность, впредь не радует глаз.
Тут не бисер виной, а твой разум угас.

Ты сказал, что всё ложь, и избрал лёгкий путь.
Продолжаешь надменно свою линию гнуть.
Но одумайся, дурень, забыл жизни ты суть.
Не в окружение гурий, а в адский отправишься путь.

Сотни тысяч людей свои жизни отдали.
Ты думаешь они просто жить не желали?
Своих жён да детей, и дома оставляли,
За Иблисом пойти избегать наставляли.

Но не они смельчаки, ты в сто крат их смелее,
Коль писания Божьи перестал ты лелеить.
Верным я не считаю побивать тебя плетью,
Ты должен сам воротиться, доколе не встречен ты смертью.

В другом случае ожидает тебя печальный исход.
Опишу вкратце твоих событий жизненных ход.
В адские бездна нашёл ты открытый проход,
Поспешил в миг отправиться в этот поход.

Позабыл про свой бисер, что за пазухой нёс.
И надежды ты дом свой из жемчуга снёс.
Поленился пройти сквозь густые леса,
Отыскать лестницу ведущую на небеса.

Ты спускаешься вниз, где шайтаньи берлоги,
Замечаешь как странно сокрашаются ноги.
От жара глубин всю одежду ты снял,
Но сияющий бисер, не бросив, в руки ты взял.

Изменяется тело, ты всё наклоняешься ниже,
Отдаляясь от Бога, с Иблису становишься ближе.
Господа милость тобою беспечно забыта,
Превращаются руки в свиные копыта.

В руках сияющий бисер всё трудней удержать,
Членораздельные звуки всё трудней издавать.
Да и блеск сих жемчужин постепенно угас.
Не различает твой глаз, где есть свет а где грязь.

И вот встал пред тобой страшный облик Иблиса,
Подзывая, свистя, как собаку, поближе,
Протянув, подобрав, все объедки из лужи.
Тут решающий выбор, прочь сбежать, или скушать.

С сутулой осанкой подходишь к нему.
Что уж тобою там движет я понять не могу.
Протянув пятачок, то ли нос ты к еде,
Всё сожрал, не заметив, как оказался в беде.

Этим другом признал ты врага-Сатану.
В тот же миг оказался в незримом плену.
Ненамеренно предал свою большую семью
В грязь посыпался бисер - ты превратился в свинью.